Утренняя инспекция приусадебного участка — это почти как военная операция, только без шпионов и с большим количеством комаров. Обычно всё идёт по отлаженному плану: проверяем влажность почвы в теплице (чтобы огурцы не устроили забастовку), осматриваем штакетник — вдруг где доска сбежала, и оцениваем яблони, которые с утра смотрят на тебя так, словно ты им задолжал за свет.
Но вот в этот вторник привычный сценарий взял и сломался, словно старая кассета в плеере бабушки.
На верхней ступеньке крыльца сидел кот. Не просто кот, а некий биологический фейл — вроде того, когда собираешь пазл, а одна деталька от другой картинки. Туловище у него было ярко-рыжее, как кирпич после жаркого лета (причём не новый, а тот, что уже пару зим пережил). Голова — чёрная с проплешинами на ушах, словно кто-то пытался сделать модную стрижку «под ноль» и забыл остановиться.
Левый глаз гноился так выразительно, что даже у меня закралась мысль: «А может, он просто очень артистично изображает страдающего?» Хвост же напоминал обломанную антенну старого радиоприёмника — ну прямо живой символ советских технологий.
Кот ни разу не мяукнул. Он просто смотрел одним здоровым глазом так глубоко и устало, будто только что прочитал все инструкции по выживанию в деревне и понял: «Ну всё, пора на пенсию».
Вдруг он хрипло вздохнул и переступил своими худыми лапами… Никаких попыток потереться о ноги или выпросить еду — нет! Это был настоящий мастер дзен среди котиков: сидит себе с достоинством обречённого философа.
Пришлось обходить его стороной и заходить через заднюю дверь — чтобы не нарушать эту мистическую инсталляцию из ржавого металла и рыжей шерсти. На кухне я заварила чай и машинально достала блокнот для учёта расходов (да-да, у меня даже чай пьётся под звуки бухгалтерии).
Мозг тут же начал просчитывать варианты: ветеринар 800 рублей (а может быть ещё и за консультацию психолога для кота), обработка от паразитов около 1000 (ведь никто не хочет делиться своей квартирой с маленькими монстрами), лечение глаза – ещё 2000… И это только начало! Корм минимум 1500 в месяц – ведь рыжему красавцу нужно питаться лучше меня!
В голове сразу нарисовалась картина: через пять лет я буду считать последние копейки после оплаты корма этому чуду природы. С точки зрения пенсионера это был чистый убыток — никакой дивидендной прибыли от мышеловства ждать не приходилось.
Ведь этот рыжий Франкенштейн едва ли сможет поймать даже дохлую муху! Решение напрашивалось само собой: депортация за пределы участка.
Но тут к калитке подъехал Витька на своём верном велосипеде — человек с руками такими большими и грязными, что казалось: если он возьмётся за рыжего зверя – тому конец будет быстрее любой операции у ветеринара.
Его слова были предельно ясны и логичны: «Давай решим проблему быстро и дешево». Полчаса назад мой внутренний калькулятор выдавал тот же вердикт.
Но внутри что-то щёлкнуло – словно заело тугую шестерёнку в моём железном механизме рациональности.
– Виталий! – голос упал на октаву ниже баса. – Если ты хоть пальцем тронешь моего гостя… ну скажем так… я проведу над тобой эксперимент по изучению болевого порога этой самой тяпкой!
Витька попятился назад быстрее зайца в капкане, буркнул про городских сумасшедших и умчался на велосипеде прочь.
А кот? Да он ни разу даже хвостиком не повёл.